gototopgototop

Коммерческие Арбитражи в России и Казахстане: краткий сравнительно-правовой анализ

Грешников И.П.,
Председатель Международного арбитража «IUS» (г. Алматы, Казахстан),
кандидат юридических наук, доцент СПбГЭУ (Санкт-Петербург, Россия)
Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript


Коммерческие Арбитражи в России и Казахстане: краткий сравнительно-правовой анализ

Commercial Arbitrations in Russia and Kazakhstan: brief comparative law analysis

 

Из выступления на Международном форуме: «Евразийская экономическая перспектива». Санкт-Петербург, Таврический дворец, 10 ноября 2020 года.


Автор анализирует современное состояние системы альтернативного правосудия в двух основных странах Евразийского союза – в России и в Казахстане.
Ключевые слова: международный арбитраж, законодательство, экономические споры, инфраструктура.

The author analyzes the current state of the alternative dispute resolution system in the two main countries of the Eurasian Union - Russia and Kazakhstan.
Key words: international arbitration, legislation, economic disputes, infrastructure.


Неотъемлемой частью российской и казахстанской правовой инфраструктуры, разрешающей экономические споры,  являются коммерческие арбитражи.

Как и во всем мире, в России и Казахстане арбитражи могут создаваться двух видов: постоянно действующие и для разрешения конкретного спора – ad hoc арбитраж. Отметим, что термины «третейский суд», «арбитражный суд» и «арбитраж» – синонимы. Правда, необходимо помнить, что в Российской Федерации пока сохраняется государственные арбитражные суды, что неверно по определению.  Такое положение сложилось в России исторически, еще с советских времен.  Однако арбитраж по своей сути не может быть государственным. Коммерческий арбитраж – это суд по согласию сторон, избираемый самими сторонами, для разрешения имущественных и связанных с ними споров.

 Государственный суд, разрешающий гражданско-правовые споры между предпринимателями может именоваться экономическим, хозяйственным, торговым, коммерческим судом, но не арбитражем. Далее говоря об арбитраже, мы будем иметь в виду частный коммерческий арбитраж.

Россия в отличие от Казахстана приняла два закона: один  о внутреннем арбитраже (третейском разбирательстве), другой о международном коммерческом арбитраже. Таким образом, процесс организации и разрешения экономических споров в РФ регулируется двумя федеральными законами, а также отдельными статьями АПК и ГПК РФ.

В Казахстане приняты единый закон «Об арбитраже» и единый ГПК РК, которые регулируют деятельность арбитражей на территории Республики Казахстан, а также условия и порядок признания и приведения в исполнение в Казахстане арбитражных решений, в том числе решений иностранных арбитражей.

Отметим, что применительно к третейским судам термин «международный» употребляется для того, чтобы обозначить разницу между арбитражем, разрешающим споры с участием иностранных предпринимателей, и национальным арбитражем, рассматривающим отечественные споры (т.н. domestic arbitration).

В Казахстане, как и в большинстве стран мира, не делают особого акцента на международном характере арбитража, так как торговля и международная экономическая кооперация не имеют национальных границ.

В России – особая ситуация, и разрешение международных споров в арбитражном порядке регулируется специальным законом, созданным на основе модельного закона ЮНСИТРАЛ. Внутрироссийские споры арбитрируются в особом порядке.

В практическом смысле каждый арбитраж, за некоторыми исключениями, является национальным арбитражем, так как он расположен в определенном месте, в конкретной стране, зарегистрирован в качестве самостоятельного юридического лица или «состоит» при какой-то организации и, следовательно, подпадает под юрисдикцию той страны, где расположен, подчиняется ее национальному праву.

Однако международный коммерческий арбитраж «подчиняется» законодательству страны места нахождения, только как организация со статусом юридического лица либо как его структурное подразделение при торговой палате, юридической фирме, общественной организации и т.п. Вопросы налогообложения доходов от рассмотрения споров, обязательная регистрация, отчетность – вот те основные точки соприкосновения арбитража (третейского суда) с внутригосударственным правом. Кроме того, значение имеет официальное отношение местных властей к третейскому (арбитражному) суду как к институту, в основном выраженное через национальное право.

В России к моменту начала проведения реформы третейского разбирательства в 2016 году действовало более 400 коммерческих арбитражей и третейских судов, то есть была достаточно разветвленная сеть столичных и региональных коммерческих арбитражей, десятки из которых имели в производстве международные споры.

На настоящий момент инфраструктура лиц, имеющих право на занятие арбитражной деятельностью на территории России, фактически представлена четырьмя, расположенными в Москве субъектами (ТПП, РСПП и Центром современного арбитража, АНО «Спортивная арбитражная палата»), а также двумя иностранными арбитражами: Гонконгским и Венским международными арбитражными центрами.

В Республике Казахстан работает более 40 коммерческих арбитражей. Международный арбитраж «IUS», который я представляю, был образован в 1992 году первым на территории Казахстана и Средней Азии. Мы эффективно разрешаем международные экономические споры с участием казахстанских и российских предпринимателей, а также  их партнеров из других стран СНГ, государств ЕС, Турции, Ирана, Китая, Индии. Если говорить о ряде знаковых споров, то необходимо упомянуть:

  • споры, связанные с космодромом Байконур и совместными российско-казахстанским проектами в области освоения космического пространства и строительства наземной инфраструктуры;
  • трансграничные споры, участниками которых выступают российские и казахстанские компании нефте-газового и горно-добывающего секторов;
  • споры по поставкам оборудования из России, а также электроэнергии в Россию с электростанций, расположенных на территории Казахстана;
  • споры, связанные с российскими и казахстанскими портами на Каспии, строительством уникальных морских судов.
  • отдельная категория дел о взаимных поставках сельхозпродукции.

Даже из этого весьма краткого перечня можно сделать вывод о важности быстрого и эффективного урегулирования споров между нашими странами, в том числе методами альтернативного рассмотрения споров.

 

Об основных критериях выдачи разрешения на арбитражную деятельность в России

 

За три последних года, начиная с 2017, то есть с момента введения в России государственной разрешительной системы на частное правосудие, правительство, а затем министерство юстиции РФ выдало лишь пять разрешений на осуществление арбитражной деятельность на территории России, хотя заявлений было подано сотни. Причины отклонения минюстом и созданным при нем Советом по совершенствованию третейского разбирательства заявлений арбитражных учреждений обычно связаны с якобы несоответствием арбитражных некоммерческих организаций, закрепленному в Законе «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ» репутационному критерию.

Обратимся к основным критериям выдачи разрешений некоммерческим организациям на осуществление арбитражного разбирательства на территории России. Итак, тремя главными критериями, по российскому закону «Об арбитраже (третейском разбирательстве» являются:

  • соответствие кандидата -  некоммерческой организации  репутационному критерию;
  • деятельность заявителя должна быть направлена на развитие арбитража;
  • и, наконец, общая каучуковая норма – правила постоянно действующего арбитража должны соответствовать закону.
  • И, если последний критерий является формальным и может не вызывать особых возражений, по крайней мере, до момента правоприменения и интерпретации норм закона чиновником, то первые два подвергаются обоснованной критике коллег за неверифицируемость, надуманность и отсутствие здравого смысла.

Как уже отмечалось, выдачей разрешений в настоящий момент времени поручено заниматься министерству юстиции, при  министерстве образован Совет по совершенствованию третейского разбирательства.

Однако общеизвестно, что авторитет не определяется в административном порядке, а репутация не может быть оценена чиновником или органом министерства.

В этой связи на память приходит исторически факт с рекомендациями Нобелевскому комитету от российских лауреатов данной премии, в том числе академика Павлова о включении в рекомендационный список Нобелевского комитета на премию лишь иностранных коллег. Таким образом, россияне за более чем 100 лет, то есть практически никогда не рекомендовали своих соотечественников на эту премию.

Здесь следует прямо указать, что авторитет не определяется в административном порядке, а репутация не может быть оценена чиновниками или органом министерства.

Сама постановка вопроса о необходимости получения разрешения на осуществление третейского разбирательства противоречит сути коммерческого арбитража, как способа альтернативного разрешения споров. Следовательно, большая часть административных положений с 44 по 48 статей Закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ» не носят правового характера, противоречат природе коммерческого арбитража и являются административным произволом.

Реформаторская деятельность уже привела к ликвидации арбитражной инфраструктуры в регионах, в Москве это незаметно, для арбитров МКАС, МАК и других вышеназванных арбитражей как будто все осталось по-прежнему, но это достаточно обманчивое впечатление.

Отчасти на ситуацию может повлиять развитие сети отделений трех существующих российских арбитражных центров, но они все равно организационно и финансово останутся замкнутыми на Москву. Как результат москвацентричности, в советский период и даже несколько лет спустя бывшие постсоветские страны и российские регионы практически не имели своих специалистов в области коммерческого арбитража, сейчас в отношении России ситуации повторяется.

 

Компетенция арбитража, арбитрабильность споров, как критерии государственного регулирования сферы альтернативного разрешения экономических споров

 

Охарактеризую сферу отношений, которую охватывает коммерческий арбитраж, как в России, так и в Казахстане: это, прежде всего, споры юридических и физических лиц, возникающие из гражданско-правовых, трудовых отношений и иных экономических отношений.

Спор может быть передан на рассмотрение арбитража при наличии заключенного между сторонами арбитражного соглашения.

Если в России поставили под государственный контроль всю сферу альтернативного негосударственного разрешения споров путем ликвидации практически всех арбитражей, кроме четырех, параллельно ограничив компетенцию оставшихся постоянно действующих арбитражных учреждений, то в Казахстане пошли по более простому и экономически целесообразному пути и определили некоторые категории споров, которые неподведомственны коммерческим арбитражам.

Казахстанский законодатель предусмотрел ряд мер по защите интересов потребителей и физических лиц, при заключении договоров присоединения и договоров займа между коммерческой организацией и физическим лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем. Арбитражное соглашение или арбитражная оговорка в контракте будут действительными, если они заключены после возникновения оснований для предъявления иска. При таком подходе, физические лица - потребители - действительно могут выбрать: подавать иск в государственный суд либо в коммерческий арбитраж.

В законе РК «Об арбитраже» также определено, что Арбитражу не подведомственны споры между субъектами естественных монополий и их потребителями, между государственными органами, субъектами квази-государственного сектора.
Арбитраж не вправе рассматривать споры, возникающие из личных неимущественных отношений, не связанных с имущественными отношениями, кроме споров о взыскании с ответчика морального вреда.

Также казахстанское арбитражи не вправе рассматривать споры между физическими и (или) юридическими лицами Республики Казахстан с одной стороны и государственными органами, государственными предприятиями, а также юридическими лицами, пятьдесят и более процентов голосующих акций (долей участия в уставном капитале) которых прямо или косвенно принадлежат государству, с другой - при отсутствии согласия уполномоченного органа соответствующей отрасли  (в отношении республиканского имущества) или местного исполнительного органа (в отношении коммунального имущества).

Таким образом, казахстанский законодатель подошел к вопросу более гибко и не в ущерб своим общенациональным интересам,  чего, к сожалению, нельзя сказать о ситуации в Российской Федерации. В России фактически создана монополия трех-четырех субъектов на осуществление третейского разбирательства, что противоречит сущности самого института коммерческого арбитража, как органа, разрешающего споры по воле сторон гражданско-правового спора.

В Казахстане  и в России регулярно проводятся международные конференции по вопросам развития арбитража, выступают наши гости из Европы и  США и очень образно рассказывают нам о своем опыте арбитрирования международных коммерческих споров   с участием российских и казахстанских компаний ратуют за развитие международного арбитража в России. Арбитров из США и Европы, имеющих опыт рассмотрения споров с российскими сторонами, сотни.

Однако мы не назовем хотя бы двух-трех коллег арбитров из России или Казахстана, которые на протяжении десяти и более лет рассматривают споры  с участием сторон из США, Великобритании или стран ЕС, разрешают споры, которые никак не связаны с Россией, Казахстаном и странами СНГ.

Вывод прост: мы включены в глобальную инфраструктуру под названием международный арбитраж, а свою сеть арбитражей в России не столько создают, сколько уничтожают под видом реформ.

В заключение хотел обратить внимание коллег на отсутствие в России арбитражных центров из Евразийского союза и стран СНГ, имеющих разрешение на осуществление арбитражной деятельности на территории России. Этот факт говорит сам за себя.

Поиск

Голосование

Что вас интересует на сайте
 

Кто на сайте

Сейчас 17 гостей онлайн