gototopgototop

Климкин С.И. Нетипичные споры в практике казахстанских арбитражных и третейских судов

к.ю.н., профессор Каспийского университета

В настоящей статье под термином «арбитраж» также понимается «третейский суд» и, соответственно, все производные от них термины.

С 2006 г. нами в качестве единоличного арбитра, либо с нашим участием в качестве арбитра было рассмотрено более 80 дел. Как правило, это были обычные споры, вытекающие из договоров поставки, банковского займа, подряда, возмездного оказания услуг, аренды, безвозмездного пользования имуществом.

Однако встречались и такие судебные дела, которые представляются не вполне типичными в силу оригинальности либо заявленных исковых требований, либо установленных арбитражем обстоятельств, или же позиций самих арбитражей при вынесении ими того или иного решения или определения.

Мы приведем лишь некоторые примеры таких арбитражных дел, рассмотренных Международным третейским судом «IUS», Казахстанским Международным Арбитражем, а также арбитражем при Торгово-промышленной палате Республики Казахстан.

Фабулы дел максимально упрощены. Их номера, составы арбитражей, а также наименования (имена) сторон не указываются.

Ненадлежащее представительство в арбитраже.

Истец – ТОО «I», ссылаясь на заключенный с ответчиком – ТОО «Т» договор купли-продажи, заявил требование о взыскании суммы основного долга, неустойки за несвоевременную оплату товара, представительских расходов в размере 150 000 тенге, а также оплаченного третейского сбора.

В обоснование представительских расходов истцом были представлены копии договора об оказании юридических услуг и консультативной помощи, заключенного между ТОО «Юридическая компания «V» (исполнитель) и ТОО «I» (заказчик), а также платежного поручения об оплате услуг в размере 288 000 тенге.

Арбитражем установлено, что указанным договором заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязанность в выполнении услуг, связанных с юридической деятельностью, а именно представление интересов заказчика в СМЭС Алматинской области по исковому заявлению ТОО «I» к ТОО «Т» о взыскании суммы долга. При этом исковое заявление ТОО «I» к ответчику – ТОО «Т» определением суда СМЭС Алматинской области оставлено без рассмотрения.

В деле также имелась доверенность, выданная г-ну Э. товариществом с ограниченной ответственностью «I» для представления интересов последнего, в том числе в третейских и арбитражных судах.

В своем решении арбитраж указал, что поскольку данный спор рассматривается соответствующим арбитражем, а также что полномочия по указанной доверенности не соответствуют предмету спорного договора, и она выдана иному лицу-поверенному (г-ну Э.), арбитраж не находит причинно-следственной связи между произведенными ТОО «I» расходами по представительству в СМЭС и настоящим арбитражным разбирательством.

На основании изложенного, в удовлетворении требования истца о взыскании с ответчика суммы за оплату представительских расходов в размере 150 000  тенге было отказано.

Заключение договора.

Рассматривая спор между АО «Ш» (истец) и ТОО «Б» (ответчик) о взыскании суммы задолженности, штрафа за несвоевременное исполнение обязательств по договору, а также оплаченных арбитражных сборов, арбитраж установил следующее.

Между сторонами спора велись телефонные переговоры, а также производился обмен сообщениями по электронной почте на предмет заключения договора на поставку тостированного подсолнечного шрота. При этом, как явствует из представленных каждой стороной текстов договоров, им не удалось прийти к соглашению по ряду условий.

Так, в текстах договоров указаны различные условия поставки, в том числе общее количество товара, количество первой партии, цена за 1 метрическую тонну, максимальная стоимость договора, размер предоплаты, срок отгрузки оплаченной партии товара и срок ее поставки,  размеры взаимных штрафов сторон.

При этом в деле отсутствует единый текст договора, обоюдно подписанный сторонами.

В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК РК, договор считается заключенным, когда между сторонами в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным его условиям. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые признаны существенными законодательством или необходимы для договоров данного вида, а также все те существенные условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании изложенного, арбитраж пришел к выводу, что между сторонами не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям. Таким образом, договор не считается заключенным, а требование о взыскании суммы задолженности в размере 2 500 000 тенге подлежит отклонению.

Арбитраж также указал, что согласно ст. 294 ГК РК, соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме, независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке. Таким образом, требование истца о взыскании штрафа в размере 2 500 000 тенге не подлежит удовлетворению.

Толкование договора.

Между казахстанским аэропортом и украинской авиакомпанией был заключен договор, включающий обязательства аэропорта оказывать комплекс услуг, связанный с принятием воздушных судов, их обслуживанием, последующей отправкой и т.д.

В связи с тем, что авиакомпания не исполнила свои обязательства по оплате оказанных услуг, аэропорт обратился с иском в соответствующий арбитраж.

Исследуя представленный договор, арбитраж пришел к следующему выводу. Согласно п. 1 ст. 392 ГК РК, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно арбитражной оговорке, содержавшейся в договоре, споры, связанные с заключением, интерпретацией и расторжением договора, рассматриваются Арбитражным судом при ТПП РК.

Таким образом, споры, связанные с ненадлежащим исполнением договора, арбитражной оговоркой не охватываются.

Поэтому, вынося определение об оставлении искового заявления без движения, арбитраж, ссылаясь на регламент, указал, что предмет иска выходит за рамки арбитражного соглашения.

Условная сделка.

Между истцом – ТОО «R» (покупатель) и ответчиком – Компанией «К» (поставщик) был заключен контракт на поставку оборудования.

Арбитражем установлено, что истцом, в соответствии с условиями контракта, произведена предоплата в размере 110 000 Евро, что составило 40% от общей суммы контракта. Таким образом, истец надлежаще исполнил свои обязательства, однако поставка не была осуществлена.

Пунктом 2 дополнительного соглашения предусмотрено, что в случае задержки первоначального срока поставки оборудования покупатель выставляет пеню согласно п. 5.8. основного контракта после фактической поставки оборудования в адрес покупателя. Размер пени будет определен после фактической поставки оборудования и будет закреплен отдельным дополнительным соглашением к основному договору.

Таким образом, указал арбитраж, стороны поставили возможность начисления пени и определение ее размера в зависимость от а) фактической поставки оборудования и б) заключения сторонами дополнительного соглашения, закрепляющего ее размер.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РК, сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Из материалов дела следует, что поставка оборудования произведена не была, соответственно, между сторонами дополнительное соглашение, закрепляющее размер пени, подписано не было.

При этом, однако, арбитраж посчитал необходимым применить часть первую п. 3 ст. 150 ГК РК, согласно которой, если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условия невыгодно, то условие признается наступившим.

Поскольку за неисполнение контракта ответственна Компания «K», а непоставка оборудования и неподписание дополнительного соглашения, закрепляющего размер пени, лишило истца возможности начислить неустойку, арбитраж счел отлагательное условие наступившим и взыскал с ответчика неустойку.

Конкуренция договорной и законной неустоек.

По договору о реализации металлолома, истец – АО «Компания Г» просил взыскать с ответчика – индивидуального предпринимателя Б. задолженность в размере 1 738 000 тенге, неустойку  за  несвоевременную  оплату работ в размере 120 660 тенге и суммы третейского сбора.

В исковом заявлении АО «Компания Г» указало, что «по договору не предусмотрено применение неустойки за просрочку, тем не менее, в соответствии с пунктом 5.1 договора предусмотрена ответственность, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Республики Казахстан. Следовательно, в случае невыполнения своих обязательств в установленный договором срок истец вправе применить к основной сумме задолженности неустойку на неправомерное пользование чужими деньгами, предусмотренную статьей 353 Гражданского кодекса Республики Казахстан. (Общая часть)».

К исковому заявлению прилагался расчет неустойки с применением действовавших в указанный период официальных ставок Национального Банка РК на общую сумму 120 660 тенге.

Однако арбитражем было установлено, что согласно п. 2.4 договора, в случае просрочки платежа покупатель уплачивает продавцу пеню из расчета 1% от несвоевременно оплаченной суммы за каждый день.

Таким образом, сторонами была установлена договорная неустойка и определен ее размер.

На основании изложенного, арбитраж пришел к выводу, что истец, имея право на взыскание неустойки, предусмотренной договором, отказался от реализации этого права.

Пунктом 2 ст. 2 ГК РК предусмотрено, что граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права, а также отказываются, если иное не установлено законодательными актами, от прав своей волей и в своем интересе. Согласно п. 1 ст. 8 ГК РК, граждане и юридические лица по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им гражданскими правами, в том числе правом на их защиту.

С другой стороны, п. 1 ст. 353 ГК РК установлено, что за неправомерное пользование чужими деньгами в результате неисполнения денежного обязательства либо просрочки в их уплате, либо их неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежит уплате неустойка. Размер неустойки исчисляется, исходя из официальной ставки рефинансирования Национального Банка Республики Казахстан на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. Эти правила применяются, если иной размер неустойки не установлен законодательными актами или договором.

Таким образом, указал арбитраж, поскольку размер неустойки предусмотрен договором, она не может быть взыскана по правилам, установленным ст. 353 ГК РК.

В этой связи арбитраж отказал истцу во взыскании неустойки.

Применение ст. 353 ГК РК при расчетах в иностранной валюте.

Истец – г-н Республики Казахстан А. (покупатель), ссылаясь на договор купли-продажи грузового автомобиля китайского производства, заключенный с ответчиком – внешнеторговой компанией (продавец), заявил требование о взыскании задолженности в размере 65 730 Ұ, а также законную неустойку за неправомерное пользование чужими деньгами (ст. 353 ГК РК) в размере 17 948 Ұ.

При этом для расчета размера неустойки истцом было представлено письмо Департамента исследований и статистики Национального Банка РК с указанием размеров официальных ставок рефинансирования Национального Банка РК за период пользования чужими деньгами.

В последствии истцом была представлена расписка, согласно которой вместо положенных 9% предоплаты в день заключения договора он передал директору внешнеторговой компании сумму в размере 10 000 долларов США.

В своем решении арбитраж указал, что считает доказанным факт получения ответчиком от истца 10 000 долларов США в счет исполнения обязательств по поставке предмета договора, но при этом взятые на себя обязательства продавцом не выполнены. В этой связи исковые требования о взыскании суммы основного долга, составляющего 65 730 китайских юаней по курсу иностранных валют, установленному Национальным Банком РК, подлежат удовлетворению.

Что касается взыскания неустойки по официальной ставке рефинансирования, установленной Национальным Банком РК (ст. 353 ГК РК), то указанная статья ГК применению не подлежит, поскольку она может быть использована лишь в случае расчетов в национальной валюте – тенге.

При этом арбитраж также отметил, что когда денежная задолженность должна быть возвращена в иностранной валюте, размер неустойки определяется по общепризнанным ставкам вознаграждения по депозитам в иностранной валюте. Так как валютой платежа являлись доллары США, арбитраж использовал для расчета размера неустойки ставку вознаграждения по депозитам, принимаемым банком «HSBC Банк Казахстан».

Для определения размера неустойки использовались следующие исходные данные:

- срок пользования чужими деньгами – 1 159 дней;

- ставка вознаграждения – 2% годовых;

- сумма основного долга – 10 000 USD.

Таким образом, размер неустойки составляет $ 635 USD, или Ұ 4 174.

Непреодолимая сила. Причинная связь.

Между истцом – ТОО «Т» (заказчик) и ответчиком – ООО «П» (исполнитель) был заключен договор оказания услуг по обеспечению готовности к ликвидации разливов нефти и спасению людей. Обеспечение услуг по реагированию должно производиться посредством специализированного судна с соответствующим оборудованием и персоналом.

Из материалов, представленных ответчиком, следовало, что судно вышло из порта и направилось в пункт назначения с недельным опозданием. В качестве обоснования задержки ответчик ссылался на действия руководства порта, умышленно не разрешавшего выход их него.

Однако, выйдя из порта, судно не смогло прибыть в пункт назначения в связи со сложившейся за это время тяжелой ледовой обстановкой. В результате договор был расторгнут.

Не признавая исковые требования, ответчик в отзыве указал, что невозможность исполнения договора была вызвана обстоятельствами непреодолимой силы.

Арбитражем было установлено, что обстоятельства, на которые ссылался ответчик, не находятся в прямой причинной следственной связи с фактом нарушения обязательств, предусмотренных договором. Более того, согласно договору, сторона, ссылающаяся на такие обстоятельства, должна немедленно в письменном виде известить другую сторону о возникновении обстоятельств непреодолимой силы, а также о прекращении действий таких обстоятельств. Однако каких-либо подтверждающих документов в этой связи арбитражу представлено не было.

Перерасчет размера требований в связи с девальвацией тенге. Двойное вознаграждение.

В июне 2014 г. Банк обратился в арбитраж с требованиями к ТОО «V» и г-ке Г. о взыскании суммы задолженности по кредиту, выданному в иностранной валюте в 2011 г. Исковые требования, как того требует законодательство, были выражены в тенге.

В решении о частичном удовлетворении исковых требований, было указано следующее.

Арбитраж, руководствуясь принципом добросовестности, разумности и справедливости (п. 4 ст. 8 ГК РК), считает, что поскольку суммы просроченного основного долга и просроченного вознаграждения образовались до проведения девальвации тенге, к расчету указанных сумм в тенге следует применять курс доллара США, действовавший на день, предшествующий дню девальвации.

На 11 февраля 2014 г. курс доллара США, установленный Национальным Банком РК, составлял 155,56 тенге.

Таким образом, требуемые к взысканию суммы просроченного основного долга и просроченного вознаграждения арбитражем были соответственно пересчитаны в сторону их уменьшения.

В отношении требований о взыскании суммы основного долга и неустойки, указал арбитраж, следует применять курс, указанный в исковом заявлении на день его подачи – 184,50 тенге.

По другому делу Банк предъявил исковые требования о взыскании с гр-н С. и С. срочного основного долга, просроченного основного долга, срочного вознаграждения, просроченного вознаграждения, вознаграждения на просроченный основной долг, а также штрафных санкций, включающих пеню за просроченное вознаграждение на просроченный основной долг.

Изучив обстоятельства дела, арбитраж пришел к выводу о правомерности, в целом, исковых требований Банка.

При этом, однако, из общей суммы требований, заявленных к взысканию, подлежало исключению вознаграждение на просроченный основной долг. Арбитраж исходил из того, что указанная сумма представляет собой повторную уплату вознаграждения по основному долгу, что не соответствует принципу добросовестности, разумности и справедливости (п. 4 ст. 8 ГК РК). Соответственно, не подлежали взысканию пени за просроченное вознаграждение на просроченный основной долг.

Также арбитраж учитывал, что со дня предъявления к ответчикам требования о погашении просроченной задолженности прошел значительный период времени (полтора года).

В течение данного периода времени истец имел возможность заявить исковое требование о досрочном возврате банковского займа, что способствовало бы уменьшению размера ответственности ответчиков.

Согласно п. 1 ст. 364 ГК РК, суд также уменьшает размер ответственности должника, если кредитор умышлено или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим неисполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

В этой связи размер удовлетворенных требований истца был соответственно уменьшен.

Поиск

Голосование

Что вас интересует на сайте
 

Кто на сайте

Сейчас 37 гостей онлайн